Проект реализуется с использованием гранта Президента Российской Федерации

Дело А.В. Скворцова
Скворцова-Степанова Н.С. Дополнительные показания 4 марта 1933 г.

Скворцова-Степанова Н.С. Дополнительные показания 4 марта 1933 г.

Л.д. 61-62.

 

Дополнительные показания гр-ки Степановой-Скворцовой Н.С.

от 4/III 1933 г.

 

Признаю себя виновной в том, что начиная с 1929 г. и по н/ время я высказывала и разделяла контр-революционные взгляды, направленные против отдельных мероприятий Сов. власти и Коммунистической партии. В 1929 году, когда началось раскулачивание и коллективизация, я была против принудительного метода коллективизации и против быстрого насаждения большого количества колхозов за счет их качества. Эти свои взгляды я высказывала у себя в доме, среди своих знакомых Пчелинцева, Львова, Гофмана и моего мужа Скворцова А.В. Со стороны указанных лиц резких противоречий на мои взгляды я не встречала, в основном они разделяли мои взгляды по данному вопросу. Наряду с этим, в кругу этих же лиц я высказывала взгляды о том, что взятые темпы индустриализации слишком быстры, тормозом этих темпов может явиться с/х, которое не сумеет обеспечить промышленность достаточными сырьевыми ресурсами. Одновременно говорила о том, что темпы, взятые в жилищно-коммунальном хозяйстве, недостаточны, по сравнению с темпами развития промышленности, т.к. это может привести к тому, что население быстро развивающихся городов не будет в достаточной мере обеспечено жилищем и санитарно-бытовыми сооружениями. По моему мнению, продолжение взятых темпов индустриализации приведет страну к очень тяжелым хозяйственным положениям. Отсюда я делала вывод, что Сов. правительство неминуемо должно изменить политику в отношении взятых темпов по развитию индустриализации и коллективизации. Я и мой муж часто говорили о том, что если бы был жив Ленин, то более умело, чем Сталин, руководил бы хозяйственной жизнью страны, которая в настоящее время переживает большие трудности. Не разделяя взглядов – политики Сов. правительства в области темпов промышленности и с/х, я была убеждена, что все затруднения, переживаемые страной в настоящее время, происходят благодаря взятого курса на слишком быстрые темпы в индустриализации и коллективизации с/х. Отсюда происходит задержка с выдачей зарплаты, недостаток продуктов питания, дороговизна рынка, необеспеченность жилищем и плохое обслуживание бытовых условий. Недовольство на существующее затруднение я высказывала как в кругу своих знакомых дома, так и на службе среди своих сослуживцев. В конце Января м-ца с/г. группа сотрудников 1го гос строй треста, возмущенные чрезмерной задержкой зарплаты (два м-ца) решили подать коллективное заявление на имя месткома и директора о выплате им задолженности. Кто-то (кто именно, не помню) обратился ко мне с просьбой проредактировать написанное ими заявление, которое я пересоставила по-своему, т.е. в более мягкой форме и дала свою подпись под этим заявлением. Были ли подписи всего коллектива сотрудников под этим заявлением, я не знаю, но моя подпись была не первая, хотя точно не помню. Сторонницей войны я никогда не была, считала, что война приносит бедствие населению страны, но также считаю, что объявление войны или участие в войне Советского Союза может принести ему не только хозяйственные затруднения, но политические осложнения, вплоть до свержения существующего правительства. Перемену власти без наличия войны я считала невозможным, указывала на то, что отсутствует в стране какая-либо твердая партия или организация, которая бы сумела взять власть в свои руки и заменить существующий строй. Излагая свои взгляды среди своих знакомых на неправильную экономическую политику советской власти, я не считаю, что провожу агитацию, а высказывала их на основе своих соображений. О контр-революционных взглядах Гофмана, Пчелинцева и моего мужа Скворцова А.В. мне было известно из их разговоров, который они неоднократно вели в моем присутствии. Точную формулировку их слов вспомнить не могу, но смысл разговора был направлен против существующих мероприятий Советской власти.

О том, какая власть должна установиться после свержения Советской власти, никто из наших знакомых в моем присутствии не говорил, также не высказывала и я своих взглядов по данному моменту. О существовании какой бы то ни было организации, конт-революционно настроенной, мне ничего не известно. О знакомых по службе, Административно высланных за политическую принадлежность к другим партиям, я показала в своем показании от 3/III с/г. Что-либо нового, ничего добавить не могу. Разговоров на политтем<ы> с Адм<инистративно> высланными у меня никогда не было, о моих к/р. взглядах они ничего знать не могли.

Больше по данному делу показать ничего не могу, записано с моих слов верно, показание мною прочитано.

4/III 33 г. Н. Степанова

 

Допросил: Уполном. ДТООГПУ РУжд Д. Самыгин

 

Об окончании следствия мне объявлено.

2/V 33 г. Н. Степанова